Первое - и последнее - стихотворение с автоэпиграфом, от которого я бы с радостью отказался (но не могу) (Дмитрий Воденников)

Вот такие

пришли - продувные - дни,

вот такой - синячок - подкожный,

так что ты не стесняйся,

давай, рискни.

Это раньше со мною -

нельзя, ни - ни.

А теперь со мной - можно, можно.

Средь мародёров, трусов и стыда,

среди осин, уже пропахших местью, -

я буду жить (и проживу) всегда -

образчиком позора и бесчестья,

защитником свободы и добра.

Но - в мельтешенье лиц, имён и зим,

но - в сём дрожанье - из листвы и света:

что будем делать -

с одиночеством моим?

что - с одиночеством своим - я -буду

делать?

Всё обостряется - в период катастроф,
и вот теперь - средь клеветы и трусов:
будь, будь готов - да я всегда готов -
к твоим, о Господи, ударам и укусам.

Но - в трепыханье света и ещё
каких - то листьев -
быстрых, жёлтых, белых -
мне холодно (как никогда ещё),
и с этим - ничего - нельзя поделать.